Процесс развития идентичности

Когда пожилые люди рассказывают о своей жизни, они часто выбирают истории из этого времени. Они повторяют их неуклонно, иногда настойчиво. Кажется, что это для них так же важно, как дыхание, дать голос прошлому. Тот, кто еще моложе, слушает с удивлением. И если у него расслабленные отношения с рассказчиком или рассказчицей, он, возможно, чувствует что-то вроде благоговения. Это чувство было бы уместным. Потому что этот особый вид стремления к общению не просто причуда, а выражение крайне важного процесса поиска. Эксперты сегодня считают, что каждый человек конструирует свою личную жизненную историю. Так возникает значимое резюме прошлого с непрерывной красной нитью и определенными Leitmotiven. Только с их помощью мы находим и понимаем нашу идентичность и наше место в мире.

Ход жизни значительно меняет наше мышление, и можно даже делать грубые прогнозы, каким образом. Потому что это, по крайней мере в западных индустриальных обществах, очень распространенные жизненные опыты, которые формируют наш разум типичным образом. Лучше всего этот процесс можно понять как спиральное движение. Он начинается с маленького ребенка. В его мире почти нет логических ограничений. Он населён бесчисленными возможностями и невозможностями. Проходя через юность, человек начинает доверять силе логического мышления. Подростки ведут себя так, «как будто мир должен подчиниться идеалистическим видениям, а не имеющимся фактам», уже заметил Жан Пиаже. В этом состоянии ума верят, что для каждой, даже самой сложной проблемы, должно быть патентное решение. Многие долго остаются в этом состоянии. Но в общем, оно, по крайней мере частично, шлифуется реальностями взрослой жизни.

Таким образом, этап формальной логики может быть преодолен. Признаком этого является то, что человек начинает считать многовариантные тесты идиотскими. Потому что он теперь осознает, что у большинства вопросов есть несколько ответов. Как важны чувства. Что мир полон неопределённостей. Что неразрешимые противоречия являются частью реальности, да даже предлагают особые возможности для познания. Он получает, таким образом, легкий налет мудрости. Или, иначе говоря: Некоторые взрослые мужчины и женщины возвращаются, обогащенные мировыми знаниями и адекватной логикой, но беднее многими иллюзиями, к детской открытости. Является ли это состояние лучше или хуже, остается открытым. Каждое состояние заслуживает нашей оценки: Кто считает, что все плоды созревают с клубникой, ничего не знает о винограде. И что предпочитается, в конечном итоге, вопрос вкуса …

Мыслить и судить, эти способности упомянутого интеллектуального программного обеспечения, при всем этом являются лишь частью гораздо более сложной системы, которая созревает вместе с нашим телом, но от него отличима: наша личность. Что это слово точно означает, психологи определяют уже десятилетиями. Для домашнего использования можно, возможно, сказать: Это типичный способ, как мы себя ведем. Он формируется нашим темпераментом, но также и нашими убеждениями и ценностными ориентирами. Эксперты в основном согласны с тем, что личность до примерно десяти лет еще очень эластична. Затем она формируется и с 30 лет становится относительно стабильной. При этом можно наблюдать феномен, который психолог Урсула Штаудингер и ее коллеги называют «гетеротипической непрерывностью». Тональность нашего поведения, можно сказать, остается похожей на протяжении всей жизни – но произведения, которые исполняются, меняются со временем.

Сегодня жизнь требует от нас поразительной способности к адаптации. Мы больше не смотрим в собственное будущее, когда рассматриваем наших родителей или бабушек и дедушек. Потому что стремительно меняются формы жизни, технические возможности, профессии. Сеть огромна, обязательства многочисленны, ожидания бесконечны, варианты повсюду, а время – дефицитный товар.

Что могло бы облегчить людям их путь через современный мир, является одной из исследовательских областей Урсулы Штаудингер. Она черпает из обширных работ о «психически устойчивых» – людях, которые справляются со своей жизнью, несмотря на некоторые невзгоды и жизненные удары, с восхитительным спокойствием. Вера в себя и свою способность к самосозиданию, знает Штаудингер, является важным компонентом этой устойчивости. Однако это должно дополняться совершенно другим искусством: Кто хочет хорошо пройти по жизни, должен сознательно также развивать способность подстраиваться в нужный момент. Исследователи показали, что эти две взаимодополняющие характеристики не являются врожденными, а в значительной степени поддаются обучению и обновлению – и тесно связаны с культурными ценностными ориентирами.